Поиск

Чарская Лидия Алексеевна. Повести и рассказы

Лидия Алексеевна Чарская. "Записки институтки"

Родительская категория: Детские рассказы Категория: Чарская Лидия Алексеевна. Повести и рассказы Опубликовано: 26 Сентябрь 2014
Просмотров: 1983
ГЛАВА I


                                   Отъезд

     В  моих  ушах еще звучит пронзительный свисток локомотива, шумят колеса
поезда - и весь этот шум и грохот покрывают дорогие моему сердцу слова:
     - Христос с тобой, деточка!
     Эти слова сказала мама, прощаясь со мною на станции.
     Бедная,  дорогая  мама!  Как  она  горько  плакала!  Ей было так тяжело
расставаться со мною!
     Брат  Вася  не  верил,  что  я уезжаю, до тех пор пока няня и наш кучер
Андрей  не  принесли  из  кладовой  старый чемоданчик покойного папы, а мама
стала  укладывать  в  него  мое  белье,  книги  и  любимую мою куклу Лушу, с
которой  я  никак  не решилась расстаться. Няня туда же сунула мешок вкусных
деревенских   коржиков,  которые  она  так  мастерски  стряпала,  и  пакетик
малиновой  смоквы,  тоже собственного ее приготовления. Тут только, при виде
всех этих сборов, горько заплакал Вася.
     - Не  уезжай,  не  уезжай,  Люда, - просил он меня, обливаясь слезами и
пряча на моих коленях свою курчавую головенку.
     - Люде  надо  ехать  учиться,  крошка, - уговаривала его мама, стараясь
утешить.  -  Люда  приедет  на лето, да и мы съездим к ней, может быть, если
удастся хорошо продать пшеницу.
     Добрая  мамочка! Она знала, что приехать ей не удастся - наши средства,
слишком  ограниченные, не позволят этого, - но ей так жаль было огорчать нас
с братишкой, все наше детство не расстававшихся друг с другом!..
     Наступил  час  отъезда.  Ни  я, ни мама с Васей ничего не ели за ранним
завтраком.  У  крыльца  стояла  линейка;  запряженный  в  нее Гнедко умильно
моргал  своими  добрыми  глазами,  когда  я в последний раз подала ему кусок
сахару.  Около линейки собралась наша немногочисленная дворня: стряпка Катря
с  дочуркой  Гапкой,  Ивась  - молодой садовник, младший брат кучера Андрея,
собака  Милка  -  моя  любимица,  верный товарищ наших игр - и, наконец, моя
милая   старушка  няня,  с  громкими  рыданиями  провожающая  свое  "дорогое
дитятко".
     Я   видела   сквозь  слезы  эти  простодушные,  любящие  лица,  слышала
искренние  пожелания  "доброй  панночке"  и, боясь сама разрыдаться навзрыд,
поспешно села в бричку с мамой и Васей.
     Минута,  другая,  взмах  кнута - и родимый хутор, тонувший в целой роще
фруктовых  деревьев,  исчез  из  виду.  Потянулись  поля,  поля бесконечные,
милые,  родные  поля близкой моему сердцу Украины. А день, сухой, солнечный,
улыбался мне голубым небом, как бы прощаясь со мною...
     На  станции  меня  ждала  наша  соседка  по хуторам, бывшая институтка,
взявшая  на  себя  обязанность  отвезти меня в тот самый институт, в котором
она когда-то воспитывалась.
     Недолго  пришлось мне побыть с моими в ожидании поезда. Скоро подползло
ненавистное  чудовище,  увозившее  меня от них. Я не плакала. Что-то тяжелое
надавило  мне  грудь  и  клокотало  в  горле,  когда  мама  дрожащими руками
перекрестила  меня  и,  благословив  снятым ею с себя образком, повесила его
мне на шею.
     Я  крепко  обняла  дорогую, прижалась к ней. Горячо целуя ее худенькие,
бледные  щеки,  ее ясные, как у ребенка, синие глаза, полные слез, я обещала
ей шепотом:
     - Мамуля, я буду хорошо учиться, ты не беспокойся.
     Потом мы обнялись с Васей, и я села в вагон.
     Дорога от Полтавы до Петербурга мне показалась бесконечной.
     Анна  Фоминишна,  моя  попутчица,  старалась  всячески  рассеять  меня,
рассказывая  мне  о  Петербурге,  об  институте, в котором воспитывалась она
сама  и  куда  везла  меня  теперь.  Поминутно  при  этом  она  угощала меня
пастилой,  конфектами  и  яблоками,  взятыми  из дома. Но кусок не шел мне в
горло.  Лицо  мамы,  такое,  каким  я  его видела на станции, не выходило из
памяти, и мое сердце больно сжималось.
     В  Петербурге  нас  встретил  невзрачный,  серенький  день.  Серое небо
грозило проливным дождем, когда мы сходили на подъезд вокзала.
     Наемная  карета  отвезла  нас  в  большую  мрачную гостиницу. Я видела,
сквозь  стекла ее, шумные улицы, громадные дома и беспрерывно снующую толпу,
но  мои  мысли  были  далеко-далеко,  под синим небом моей родной Украины, в
фруктовом садике, подле мамочки, Васи, няни...
Магазин детских игрушек