Поиск

Василий Шукшин. Читать и слушать рассказы.

Микроскоп

Родительская категория: Детские рассказы Категория: Шукшин Василий Макарович Опубликовано: 20 Февраль 2015
Просмотров: 18251
  • Автор: Василий Шукшин
  • Рассказ: Микроскоп
  • Тип: mp3, текст
  • Исполнитель: Аксентюк Валентин
  • Слушать рассказ online

Читать Рассказ:

Василий Шукшин. Микроскоп

 На это  надо было решиться. Он решился. Как-то пришел  домой -- сам  не
свой -- желтый; не глядя на жену, сказал:
     --  Это... я деньги  потерял.  -- При этом  ломаный его нос (кривой,  с
горбатинкой) из желтого стал красным. -- Сто двадцать рублей.
     У жены  отвалилась челюсть, на  лице появилось проси-тельное выражение:
может, это  шутка?  Да нет, этот кривоносик никогда не шутит,  не умеет. Она
глупо спросила:

   -- Где?
     Тут он невольно хмыкнул.
     -- Дак если б я знал, я б пошел и...
     -- Ну  не-ет!!  --  взревела  она. --  Ухмыляться  ты теперь доолго  не
будешь! -- И побежала за сковородником. -- Меся-цев девять, гад!
     Он  схватил  с  кровати  подушку  -- отражать  удары. (Древ-ние  только
форсили своими сверкающими щитами. Подуш-ка!) Они закружились по комнате...
     -- Подушку-то, подушку-то мараешь! Самой стирать!..
     -- Выстираю! Выстираю, кривоносик! А два ребра мои будут! Мои! Мои!..
     -- По рукам, слушай!..
     -- От-теньки-коротеньки!.. Кривенькие носики!
     -- По рукам, зараза! Я ж завтра на бюлитень сяду! Тебе же хуже.
     -- Садись!
     -- Тебе же хуже...
     -- Пускай!
     -- Ой!
     -- От так!
     -- Ну, будет?
     --  Нет,  дай  я натешусь!  Дай  мне  душеньку  отвести,  сква-жина  ты
кривоносая! Дятел... -- Тут она изловчилась и боль-но достала его по голове.
Немножко сама испугалась...
     Он бросил подушку,  схватился за голову, застонал. Она пытливо смотрела
на  него:  притворяется или правда больно? Решила, что  -- правда. Поставила
сковородник, села на табуретку и завыла. Да с причетом, с причетом:
     --  Ох,  да  за  штоже  мне  долюшка  така-ая-а?.. Да копила-то  я  их,
копила!..  Ох, да лишний-то раз кусочка белого не ела-а!.. Ох, да и детушкам
своим пряничка сладкого не поку-пала!.. Все берегла-то я,  берегла, скважина
ты кривоносая-а!..  Ох-х!..  Каждую-то  копеечку откладывала  да радовалась:
будут у моих детушек к зиме шубки теплые да нарядные! И будут-то они  ходить
в школу не рваные да не холодные!..
     -- Где это они у тебя рваные-то ходют? -- не вытерпел он.
     -- Замолчи, скважина! Замолчи. Съел  ты эти  денюжки от своих же детей!
Съел и не подавился... Хоть бы ты подавился имя, нам бы маленько легче было.
     -- Спасибо на добром слове, -- ядовито прошептал он.
     -- М-хх,  скважина!.. Где был-то?  Может, вспомнишь?.. Может, на работе
забыл где-нибудь? Может, под верстак по-ложил да забыл?
     -- Где на работе!.. Я в сберкассу-то с работы пошел. На работе...
     -- Ну, может, заходил к кому, скважина?
     -- Ни к кому не заходил.
     -- Может, пиво  в ларьке пил  с алкоголиками?.. Вспомни. Может, выронил
на пол... Беги, они пока ишо отдадут.
     -- Да не заходил я в ларек!
     -- Да где ж ты их потерять-то мог, скважина?
     -- Откуда я знаю?
     -- Ждала его!.. Счас  бы пошли с  ребятишками, примери-ли бы шубки... Я
уж  там  подобрала  --  какие.  А  теперь их  раз-берут.  Ох,  скважина  ты,
скважина...
     -- Да будет тебе! Заладила: скважина, скважина...
     -- Кто же ты?
     -- Што теперь сделаешь?
     -- Будешь в  две смены работать, скважина! Ты у нас ху-дой будешь... Ты
у  нас  выпьешь  теперь  читушечку  после бани, выпьешь!  Сырой  водички  из
колодца...
     -- Нужна она мне, читушечка. Без нее обойдусь.
     -- Ты у нас пешком  на работу ходить  будешь! Ты  у нас  покатаешься на
автобусе.
     Тут он удивился:
     -- В две смены работать и -- пешком? Ловко...
     -- Пешком! Пешком -- туда и назад, скважина! А где, так ишо побежишь --
штоб не опоздать. Отольются они тебе, эти денюжки, вспомнишь ты их не раз.
     --  В две  не  в две,  а по  полторы  месячишко отломаю  --  ничего, --
серьезно  сказал  он,  потирая   ушибленное  место.  --  Я   уж  с  мастером
договорился...  --  Он не  сообразил сперва, что проговорился.  А  когда она
недоуменно  глянула  на  него, поправился:  -- Я, как хватился денег-то,  на
работу снова по-ехал и договорился.
     -- Ну-ка  дай сберегательную книжку,  -- потребовала  она.  Посмотрела,
вздохнула и еще раз горько сказала: -- Скважина.
     С неделю Андрей Ерин, столяр маленькой мастерской при "Заготзерне", что
в девяти километрах от села, чувство-вал себя скверно.  Жена все злилась; он
то и дело получал "скважину", сам тоже злился, но обзываться вслух не смел.
     Однако дни шли...  Жена успокаивалась. Андрей ждал. Наконец  решил, что
-- можно.
     И вот поздно вечером (он  действительно  "вламывал" по  полторы  смены)
пришел  он домой, а  в  руках держал  коробку, а в коробке, заметно,  что-то
тяжеленькое. Андрей тихо сиял.
     Ему нередко случалось приносить  какую-нибудь работу на дом, иногда это
были небольшие какие-нибудь деревян-ные штучки, ящички, завернутые в бумагу,
-- никого не удивляло, что он с  чем-то пришел. Но Андрей тихо сиял. Стоял у
порога, ждал, когда на него обратят внимание... На него обратили внимание.
     -- Чего эт ты, как... голый зад при луне, светисся?
     -- Вот...  дали за ударную  работу.  -- Андрей  прошел к  сто-лу, долго
распаковывал коробку. И наконец, открыл.  И  вы-ставил на стол... микроскоп.
-- Микроскоп.
     -- Для чего он тебе?
     Тут  Андрей  Ерин засуетился. Но не виновато засуетился, как он  всегда
суетился, а как-то снисходительно засуетился.
     --  Луну  будем разглядывать!  --  И  захохотал. Сын-пяти-классник тоже
засмеялся: луну в микроскоп!
     -- Чего вы? -- обиделась мать.
     Отец с сыном так и покатились.
     Мать навела на Андрея строгай взгляд. Тот успокоился.
     --  Ты  знаешь, что  тебя на  каждом  шагу окружают  микро-бы?  Вот  ты
зачерпнула  кружку воды... Так?  --  Андрей  зачерп-нул  кружку воды.  -- Ты
думаешь, ты воду пьешь?
     -- Пошел ты!
     -- Нет, ты ответь.
     -- Воду пью.
     Андрей посмотрел на сына и опять невольно захохотал.
     -- Воду она пьет!.. Ну не дура?..
     -- Скважина! Счас сковородник возьму.
     Андрей снова посерьезнел.
     -- Микробов ты пьешь, голубушка, микробов. С водой-то. Миллиончика  два
тяпнешь -- и порядок. На закуску! -- Отец и сын опять не могли удержаться от
смеха. Зоя (жена) пошла в куть за сковородником.
     -- Гляди суда!  -- закричал Андрей.  Подбежал  с кружкой  к микроскопу,
долго  настраивал  прибор,  капнул  на  зеркаль-ный  кружок  капельку  воды,
приложился к  трубе и, наверно, минуты  две, еле дыша, смотрел. Сын стоял за
ним -- смерть как хотелось тоже глянуть.
     -- Пап!..
     -- Вот  они,  собаки!.. --  прошептал Андрей  Ерин. С ка-ким-то  жутким
восторгом прошептал: -- Разгуливают.
     -- Ну пап!
     Отец дрыгнул ногой.
     -- Туда-сюда, туда-сюда!.. Ах, собаки!
     -- Папка!
     --   Дай  ребенку  посмотреть!  --  строго  велела   мать,   тоже  явно
заинтересованная.
     Андрей с сожалением оторвался от трубки, уступил  место сыну. И жадно и
ревниво уставился ему в затылок. Нетерпе-ливо спросил:
     -- Ну?
     Сын молчал.
     -- Ну?!
     -- Вот они! -- заорал парнишка. -- Беленькие...
     Отец оттащил сына от микроскопа, дал место матери.
     -- Гляди! Воду она пьет...
     Мать долго смотрела... Одним глазом, другим...
     -- Да никого я тут не вижу.
     Андрей прямо зашелся весь, стал удивительно смелый.
     --  Оглазела!  Любую   копейку  в  кармане  найдет,  а  здесь  микробов
разглядеть  не  может. Они ж чуть не  в глаз  тебе прыгают, дура!  Беленькие
такие...
     Мать, потому что не видела никаких беленьких, а отец с сыном видели, не
осердилась.
     -- Вон, однако... -- Может, соврала, у нее выскакивало. Могла приврать.
     Андрей решительно оттолкнул жену от микроскопа и прилип к трубке сам. И
опять голос его перешел на шепот.
     -- Твою мать, што делают! Што делают!..
     --  Мутненькие  такие? -- расспрашивала  сзади мать сы-на. -- Вроде как
жиринки в супу?.. Они, што ли?
     -- Ти-ха! -- рявкнул Андрей, не отрываясь от микроско-па. -- Жиринки...
Сама  ты  жиринка.  Ветчина  целая.  --  Стран-но,  Андрей  Ерин  становился
крикливым хозяином в доме.
     Старший  сынишка-пятиклассник засмеялся.  Мать  дала ему  подзатыльник.
Потом подвела к микроскопу младших.
     -- Ну-ка ты, доктор кислых щей!.. Дай детям посмотреть. Уставился.
     Отец уступил место у микроскопа и взволнованно стал  ходить по комнате.
Думал о чем-то.
     Когда ужинали, Андрей  все думал о  чем-то,  поглядывал на  микроскоп и
качал головой. Зачерпнул ложку супа, пока-зал сыну:
     -- Сколько здесь? Приблизительно?
     Сын наморщил лоб:
     -- С полмиллиончика есть.
     Андрей Ерин прищурил глаз на ложку.
     -- Не меньше.  А мы их -- ам! -- Он  проглотил суп и хлоп-нул  себя  по
груди. -- И -- нету. Сейчас  их там сам организм начнет колошматить. Он-то с
имя управляется!
     -- Небось сам выпросил? -- Жена с легким неудовольст-вием посмотрела на
микроскоп. -- Может, пылесос бы дали. А то пропылесосить -- и нечем.
     Нет,  Бог,  когда создавал  женщину, что-то  такое  намуд-рил.  Увлекся
творец, увлекся. Как всякий художник, впро-чем. Да ведь и то -- не Мыслителя
делал.
     Ночью  Андрей два  раза вставал, зажигал свет,  смотрел  в  микроскоп и
шептал:
     -- От же  ж собаки!.. Што вытворяют. Што  они только  вы-творяют! И  не
спится им!
     -- Не помешайся,  -- сказала  жена, -- тебе ведь немного  и  надо-то --
тронешься.
     -- Скоро начну открывать,  -- сказал Андрей, залезая в тепло к жене. --
Ты с ученым спала когда-нибудь?
     -- Еще чего!..
     -- Будешь. -- И Андрей Ерин ласково похлопал супругу по  мягкому плечу.
-- Будешь, дорогуша, с ученым спать.
     Неделю,  наверно,  Андрей  Ерин  жил как во  сне.  Прихо-дил  с работы,
тщательно умывался, наскоро ужинал... Косил-ся на микроскоп.
     --  Дело в том, --  рассказывал он, -- что человеку положе-но жить  сто
пятьдесят лет. Спрашивается, почему же он шестьдесят, от силы семьдесят -- и
протянул ноги? Микро-бы! Они, сволочи, укорачивают век человеку. Пролезают в
организм, и как только он чуток ослабнет, они берут верх.
     Вдвоем  с  сыном   часами   сидели  они   у  микроскопа,  иссле-довали.
Рассматривали каплю воды из колодца, из питьевого ведра... Когда шел дождик,
рассматривали дождевую капель-ку. Еще отец посылал сына взять для пробы воды
из лужи-цы... И там этих беленьких кишмя кишело.
     -- Твою мать-то, што делают!.. Ну вот как с имя бороть-ся? -- У  Андрея
опускались руки. -- Наступил человек в лужу, пришел  домой, наследил. Тут же
прошел  и ребенок  босы-ми  ногами  и,  пожалуйста,  подцепил.  А какой  там
организм у ребенка!
     -- Поэтому всегда  надо вытирать  ноги,  --  заметил  сын.  -- А  ты не
вытираешь.
     -- Не в  этом дело. Их надо научиться прямо в луже унич-тожать. А то --
я вытру, знаю теперь, а Сенька вон Маров...  докажи ему:  как шлепал, дурак,
так и впредь будет.
     Рассматривали  также  капельку  пота, для чего  сынишка  до изнеможения
бегал по улице, потом  отец ложечкой соскреб у него со лба влагу -- получили
капельку, склонились к микроскопу...
     -- Есть!  --  Андрей  с досадой ударил себя кулаком  по ко-лену. -- Иди
проживи сто пятьдесят лет!.. В коже и то есть.
     -- Давай опробуем кровь? -- предложил сын.
     Отец уколол  себе  палец  иголкой,  выдавил ярко-красную ягодку  крови,
стряхнул на зеркальце... Склонился к трубке и застонал.
     -- Хана,  сынок, -- в  кровь пролезли!  --  Андрей  Ерин  рас-прямился,
удивленно посмотрел вокруг. -- Та-ак. А  ведь зна-ют,  паразиты, лучше  меня
знают -- и молчат.
     -- Кто? -- не понял сын.
     -- Ученые. У их микроскопы-то получше нашего -- все видят. И молчат. Не
хотят расстраивать  народ. А  чего  бы не сказать?  Может,  все  вместе-то и
придумали  бы, как их уничтожить. Нет, сговорились и молчат.  Волнение, мол,
начнется.
     Андрей Ерин сел на табуретку, закурил.
     -- От какой мелкой твари гибнут люди! -- Вид у Андрея был убитый.
     Сын смотрел в микроскоп.
     -- Друг за дружкой гоняются! Эти маленько другие... Кругленькие.
     -- Все они -- кругленькие, длинненькие -- все на  одну масть. Матери не
говори пока, што мы у меня их в крове ви-дели.
     -- Давай у меня посмотрим?
     Отец  внимательно поглядел на сына... И любопытство, и страх отразились
в  глазах  Ерина-старшего. Руки его, натру-женные за  много  лет -- большие,
пропахшие смольем... чуть дрожали на коленях.
     -- Не надо. Может, хоть у маленьких-то... Эх вы! -- Анд-рей встал, пнул
со зла табуретку. -- Вшей, клопов, личинок всяких -- это научились выводить,
а тут  каких-то...  меньше же гниды самой  маленькой -- и  ничего сделать не
можете! Где же ваша ученая степень!
     -- Вшу видно, а этих... Как ты их?
     Отец долго думал.
     -- Скипидаром?.. Не  возьмет.  Водка-то  небось покреп-че... я ж пью, а
вон видел, што делается в крове-то!
     -- Водка в кровь, что ли, поступает?
     -- А куда же? С чего же дуреет человек?
     Как-то Андрей принес с работы длинную тонкую  иглу... Умылся, подмигнул
сыну, и они ушли в горницу.
     -- Давай попробуем...  Наточил  проволочку --  может, су-меем  наколоть
парочку.
     Кончик  проволочки  был тонкий-тонкий  --  прямо воло-сок. Андрей долго
ширял этим кончиком в капельку воды. Пыхтел... Вспотел даже.
     --  Разбегаются, заразы... Нет,  толстая, не  наколоть. Надо тоньше,  а
тоньше уже  нельзя  -- не  сделать.  Ладно,  счас  поужинаем,  попробуем  их
током...  Я   батарейку  прихватил:  два  проводка  подведем  и  законтачим.
Посмотрим, как тогда они будут...
     И  тут-то  во время ужина  нанесло  неурочного:  зашел Сергей  Куликов,
который работал  вместе  с  Андреем в "Заготзерне". По случаю субботы Сергей
был под хмельком, потому, наверно, и забрел к Андрею -- просто так.
     В  последнее  время  Андрею  было  не  до  выпивок,  и он  с удивлением
обнаружил, что  брезгует пьяными. Очень  уж  они глупо ведут  себя и говорят
всякие несуразные слова.
     -- Садись с нами, -- без всякого желания пригласил Анд-рей.
     -- Зачем? Мы вот тут... Нам што? Нам -- в уголку!..
     "Ну чего вот сдуру сиротой казанской прикинулся?"
     -- Как хочешь.
     -- Дай микробов посмотреть?
     Андрей встревожился.
     --  Каких  микробов? Иди проспись,  Серега...  Никаких  у меня микробов
нету.
     -- Чего  ты скрываешь-то? Оружию, што ли, прячешь? Научное  дело... Мне
мой парнишка все уши прожужжал: дядя  Андрей всех микробов хочет уничтожить.
Андрей!.. -- Сергей стукнул себя  в грудь кулаком,  устремил свирепый взгляд
на  "ученого". -- Золотой памятник отольем!.. На весь  мир прославим! А я  с
тобой рядом работал!.. Андрюха!
     Зое Ериной, хоть она тоже не выносила пьяных, тем не менее лестно было,
что говорят про ее мужа -- ученый. Скорей по привычке поворчать  при случае,
чем из истинного чувства, она заметила:
     --  Не могли  уж  чего-нибудь  другое  присудить? А  то  --  микроскоп.
Свихнется  теперь мужик -- ночи  не  спит.  Што  бы -- пылесос  какой-нибудь
присудить... А то пропылесосить -- и нечем, не соберемся никак купить.
     -- Кого присудить? -- не понял Сергей.
     Андрей Ерин похолодел.
     -- Да премию-то вон выдали... Микроскоп-то этот...
     Андрей хотел  было как-нибудь -- глазами -- дать понять Сергею,  что...
но куда там! Тот уставился на Зою как баран.
     -- Какую премию?
     -- Ну премию-то вам давали!
     -- Кому?
     Зоя посмотрела на мужа, на Сергея...
     -- Вам премию выдавали?
     -- Жди, выдадут они премию! Догонют да ишо раз выда-дут. Премию...
     -- А  Андрею  вон микроскоп выдали... за ударную  рабо-ту...  --  Голос
супруги Ериной упал до жути -- она все поняла.
     -- Они  выдадут!  -- разорялся  в  углу пьяный Сергей. --  Я в  прошлом
месяце  на сто тридцать процентов нарядов  назакрывал...  так? Вон Андрей не
даст соврать...
     Все рухнуло в один миг и страшно устремилось вниз, в пропасть.
     Андрей встал... Взял Сергея за шкирку и вывел из избы. Во дворе стукнул
его разок по затылку, потом спросил:
     -- У тебя три рубля есть? До получки...
     -- Есть... Ты за што меня ударил?
     --  Пошли  в  лавку.  Кикимора  ты  болотная!..  Какого   хрена  пьяный
болтаешься по дворам?.. Эх-х... Чурка ты с глазами.
     В эту ночь Андрей Ерин ночевал у Сергея.  Напились они с ним до соплей.
Пропили свои деньги, у кого-то еще зани-мали до получки.
     Только на другой день, к обеду, заявился Андрей домой... Жены не было.
     -- Где она? -- спросил сынишку
     -- В город поехала, в эту... как ее... в комиссионку.
     Андрей сел к столу, склонился на руки. Долго сидел так.
     -- Ругалась?
     -- Нет. Так, маленько. Сколько пропил?
     --  Двенадцать рублей.  Ах,  Петька...  сынок...  --  Андрей  Ерин,  не
поднимая головы, горько сморщился,  заскрипел зу-бами. --  Разве  же  в этом
дело?! Не поймешь ты по малости своей... не поймешь...
     -- Понимаю: она продаст его.
     -- Продаст. Да... Шубки надо. Ну ладно -- шубки, ладно. Ничего... Надо:
зима скоро. Учись, Петька! -- повысил голос Андрей. -- На карачках, но ползи
в науку -- великое дело. У тя в копилке мелочи нисколь нету?
     -- Нету, -- сказал Петька. Может, соврал.
     -- Ну и ладно, -- согласился Андрей. -- Учись знай. И не пей никогда...
Да они и не пьют, ученые-то. Чего им пить? У их делов хватает без этого.
     Андрей посидел еще, покивал грустно головой... И пошел в горницу спать.

Магазин детских игрушек